Какая красивая все же идея...

Какая красивая все же идея: Страдать на кресте за людей, умирая! И страшно как! Коли простой иудей! Отдать свою жизнь, злую смерть принимая! А если ты Бог, в человечьем обличье, Бессмертный, уверенный: « Скоро воскресну!» Тут смерть только людям страшна, но привычна, А Бог как актер: без игры ему пресно. И, зная, что с Ним ничего не случиться, Он главным героем в трагедии вышел, Он знает прекрасно, что время промчится И роль его будет достойная виршей. О жертве его каждый древний «писака» Расскажет, по-своему, в мелких деталях, Веками распят и веками оплакан, Красивую сказку он людям подарит. Но боль его боль ли? Как боль человека? Иль только игра, если он всемогущий? Коль делать здоровым способен калеку? Зачем? Чтоб вести людей в райские куши? И как получилось? Религией новой Одарены люди, что в сказку поверят, И ради нее будут люди готовы Убить безразличных к навязанной вере. И вновь реки крови и войны и драки, А как же любовь, иль она только « к нашим», А « царь иудейским» к чужим, как к собакам, Как к гоям, как к сорту второму, для пашни. Иль я не права и он был человеком, Зачатый не богом, а плотником старым? И он не лечил никакого калеку, И умер ужасною смертью в кошмаре? И не был воскресшим, но как, же хотелось Тому, кто любил его снова увидеть, Потрогать живое и теплое тело, Хотя бы во сне опровергнуть погибель! И новую сказку придумали Люди…. А дальше, как я уже выше писала. От смерти людской на земле не убудет И вновь реки крови за…чьи идеалы? А людям нужна хоть какая-то вера, Что где-то, хоть Где-то живет справедливость! На этой надежде такие химеры Построить возможно, подкрасив фальшивость. Надежда людская бывает незрячей, Иль видеть не хочет, приятней жить в чуде. И с верой в молитве душою горячей Всю жизнь фарисея кормить, не убудет? Иль все таки БОГ и его представленье? Божественный цирк, послесловье все то же. На пьесе свой театр создадут фарисеи И будут кормить свои сытые рожи? Какое б не было Христово явление, В конце фарисейство и бизнеса рвенье....