Спасибо за вдохновение Андрею Куликову «В небе хмуром сорвётся звезда...»
А было меньше двух часов
Меж таймером и звездопадом.
Страна моих приватных слов,
Другим туда идти не надо.
Слова другие и следы
Настигнут их в иное время.
А мне по лунности идти,
Нести своё земное бремя.
Искать на росах бл
О, сколько лет прошло с тех пор,
когда, внедрившись в гордость нрава,
я делал всем наперекор,
переступив границу права.
Я мерил жизнь одной канвой -
кто здесь силён, всего достигнет,
и говорил: кто ты такой?
Тому, кто нищ, фортуной кинут.
Моя претензия на шик,
на популярность и удачу
и, выбирая ка
Поле перекатано
через мой хребет,
да трава заплакана -
не до смеха, нет...
Небо перекошено
сладкою мольбой,
тучами взъерошено
да игрой в плейбой.
Я молчу, я выжженный
пламенем войны,
ты живёшь, пристыженный,
пожирая
Спасибо за вдохновение Андрею Куликову «Два близнеца...»
Ушёл июнь, прожёг до нитки,
Испёк все листья и росу.
Весёлый, юный, слишком прыткий,
Похожий в профиль на осу.
Цветы изжалил жгучим зноем,
Пожёг и выцветил поля.
Устали люди от героя,
Простились... Начали с нуля..
Привет, июль, порадуй мало
Мы - Дети Звёзд,
Мы - Пилигримы,
воплощены в поэтах здесь!
Мы снимем маски, смоем гримы
и станем теми, кто мы есть!
Мы распахнём врата познанья,
пройдём под Радугой цветной
и соберём воспоминанья,
что были прожиты Душой!
Когда мы плачем - дождь и слякоть...
Когда смеёмся - Солнца с
Тянет-потянет жизнь электричка.
Тащит вагоны всяких привычек.
Мимо столетий колёса стучат.
Вмиг пролетает юности сад.
Машут руками из детства друзья.
Скоро исчезнут их голоса.
Харон-контролёр в библейских одеждах
Пробьёт вам талон последней надежды.
Бегут врассыпную годы- мальчишки.
Они на ходу сига
автор картины - Ольга Руда
Корабль разбился мой о рифы
и раскололся на осколки,
и потонули в море рифмы -
я не расстроился нисколько.
Писал стихи я откровенно,
перо скрипело по бумаге,
и еженощно, ежедневно
я сочинял легенды, саги.
Глаза то влагой наливались,
то поглощающим огнем,
русалки в мыс
В волненья час, пронзенная стрелой,
Душа стремилась к смыслам изначальным,
Как будто восхищенная иной,
Минорностью созвучий дивных тайной…
А что напев пронзительный души?
К чему стремилось сердце так подспудно?
Могло что смысл благой один вершить,
Проявленный сквозь пламень страсти мудро?
В задумч
У калитки сокорь серебристый,
Палисадник с мальвами в тени.
У забора силуэт ершистый,
Из всего, что под руку нашли.
Кукуруза тесными рядами,
Заблудиться можно, как в лесу.
Наберу, чтоб удержать руками,
Бабушке початки принесу.
Сделает испуганную мину,
Губы вытрет уголком платка,
И отправится доит
В безмолвии ночей прозрачных
Таится мир иных чертогов,
Где тени прошлого, безгласно,
Плетут узор из слов и снов.
Как призраки в ночном тумане,
Скользят виденья сквозь сознанье,
И время в странном сочетаньи
Стекает каплями в стакане.
Там, в глубине полузабвенья,
Где стынет звёздный хоровод,
Рождает
В порталах сна -
потеря памяти.
В порталах памяти -
века отчаянья.
А стать бы богом маленьким,
что создает видения весны.
А стать бы зверем радостным,
что ловит тень свою...
Но мы живем в материи рассудка,
тела меняя,
эмбриональной влагой
Северный ветер сгладил границы -
птицы упали на каменный берег,
воды размыли тела их, и перья
долго мелькали на гребне волны.
Сон этот длился секунду, но время
словно застыло в шумящем прибое -
был я свидетелем Духопаденья,
словно свидетелем вечным...
Я размышлял над видением этим,
взгляд устремив
Вечнозеленое лето,
Вальс цветов.
Торговка счастьем разносит
Розы ветров.
Остался в тающей дымке
Мой Облачный Край.
То ли пудовая гиря,
То ли Потерянный рай.
Приходит теплое солнце
Сквозь утренний сон.
Окно мансарды и небо
Без виз, границ и сторон.
Скажи, когда ты проснешься?
И будешь готов
Дарить
Спасибо за вдохновение Андрею Куликову «Пунктиры...»
А вот и пятница поспела,
И значит кончатся дожди.
А впрочем мне какое дело
Когда всё лето впереди.
Не то, которое в бульварах
Уже дождит десятый день.
Моё! Без пятен и помарок,
В котором солнце, радость, лень.
Пойду по шёлковым долинам,
По чис
Привет, мой Дух, играешь ты
на лире музыку Вселенной
и воплощаешь все мечты
так непосредственно, мгновенно.
Дитя невидимых Высот,
Творец судьбы и откровений,
и естества земных красот,
источник всех перерождений.
Поток настраивает связь
меж плотью, Тенью и Сознаньем,
сквозь твердь Земли и Неба бязь
я свободна от шаблонов,
созидаю свой масштаб,
мне плевать на пустозвонов -
кто хозяин, кто там раб.
политические дрязги -
суета чужих умов,
тектонические встряски -
будет хищникам улов!
дайте нам глоток свободы,
дали - скачки, канитель -
пожирают всё до рвоты,
чуть прижали - сразу в тень.
оскудели д
Мы давно потерялись во времени
Иль в пространстве миров разошлись.
Наши души, уставши от бремени,
Посылают нам новую жизнь.
Закоулки Вселенной изведаны,
По спиралям галактик круж’им.
Океаном столетий разрезаны,
Но я знаю мы оба хотим
Зацепиться однажды дыханием
За цветочное поле земли
И закончить
Мир свергнутых идолов,
Чей постамент украшен мишурой.
Где дни ржавеют на свалках,
А ночь блестит опавшей листвой.
Кто стоит за окном?
Или просто так ветви колышатся…
Льется твой дождь-саксофон
Над жестяными крышами.
Может быть это Иерихон,
А может голос свыше.
Адресаты давно уже выбыли,
Но Полковн
Унылой зимой в окаянном году
Ночами тягучими часто мне снится:
По тонкому-тонкому гладкому льду
Зачем-то иду я, боясь провалиться,
И берег далёкий туманом закрыт,
Назад развернуться опасно и поздно,
А лёд под ногами хрустит и блестит,
Как в зеркале, в нём отражаются звёзды,
Куда ни сверни - поджид
Не буди... Не буди...
Ты меня проводи
по песчаному берегу в замок роскошный...
Не буди... Не буди...
ты меня не суди
и не будь ко мне в строгости слишком дотошной.
Не буди... Не буди...
На плечах две звезды -
никогда не надену твои я погоны!
На коленки не встану,
меня береги,
я тебя обниму, обойдём
[mention:work:1249] - с благодарностью Андрею за вдохновение!
Призрак прошлого сна
и забытых потерь
я на грани меж светом
и тенью;
говорили мне раньше -
в любовь только верь,
не дружи с пустословьем
и ленью.
Но любовь не пришла,
я остался один
вместе с мыслью о
бренной печали.
Но печалюсь ли я?
И
Ветру снится море
Ветру снятся горы
И людское горе
Суета времён...
Ветру снится поле
Смех любви на воле
Разочарованье
Слез печальных звон...
Ветру снятся грёзы
Снежные заносы
Все что было в прошлом
Есть и что потом...
Ветру
На могилах предков отдыхают вьюги,
сосны на изгибах и цветы в снегу.
Старые деревья тянут в небо руки,
память предков в сердце свято берегу.
Белые берёзы, старые мотивы...
Солнце в небе катит к ночи в упокой,
а потом восходит по утру игриво,
будто бы проснулось и опять домой.
Говорят, что звёзды
Мы грустим под серебряным звоном дождя,
но серебряный век к нам уже не вернётся,
не затронула нас в этой жизни нужда -
отчего же печаль люто в сердце скребётся?
Мы как будто чужие в этом мире родном...
Мы как будто вне времени и постоянства -
много зная и чувствуя, там за окном
слишком мало для н
Ванильный запах сладко плыл
И обволакивал лианой.
Другие запахи гасил,
Перебивал. А запах пряный
Витал по комнате. Туман
Сонливый, из палат Морфея,
Поймал решительность в капкан.
В руках возникла орхидея.
Всё встало на свои места.
Магнит восточной царской ночи
Возник с духами неспроста,
Реальность с
Дюжина листков бумажных
От заката до восхода.
Белых бабочек отважных,
Ждущих сини небосвода.
Дюжина охранных грамот,
Выданных за боль и Веру,
Бережно хранящих память,
Часто горько и не в меру.
Писем, праздничных открыток,
Спрятанных от глаз недобрых,
Слов, содеянных из пыток,
Ноющих, как в холод р
Между тьмою и временем сон, как песок,
жизнь - мгновенье, а смерть, как засада.
Три сестры, три ткачихи и маленький Бог,
что рождён, как любовь и награда.
Ты же знаешь, мой Бог, ты Дитя и ты свят
вне судьбы, вне людской гневной воли.
Твой пронзительно чистый и радостный взгляд
никогда не
Вдали, за мыслимым рассветом,
Едва поблекнут краски снов,
Я по волне благих сонетов
Пройду меж строчками стихов,
Но в полнолунья час запретный,
Царит где грезы томный шлейф,
Я распознаю нить сюжета,
Едва узрев твой нежный свет
Святой души, спасенной ныне,
И, словно в призрачности лет,
К тебе умчу
Спасибо за вдохновение Ольге Руде «хаос»
Хаос дёргает за Лиру,
Слог попал под каблучок.
Струны выдают сатиру,
Сбит природный маячок.
Месяц острый, словно бритва,
Серп завис над головой.
На земле и в небе битва,
За душевный наш покой.
За любовь, которой море,
Льётся, руки подставляй.
А в остатке м
Отклик на «Дагаз» Ольги Руда
Когда в груди гаснет компас совести,
И добро, свернувшись, уходит в подвал,
Рождается архитектор отражений, Дагаз,
Который мир на части разрезал.
Он не убивает, но аккуратно выкручивает суставы времени,
Превращая крик в стеклянную пыль.
Его оружие не гнев, а внимание,