Благодать

Философия

Владислав Трубачев

Однажды, где-то рядом с вами, Жил-был на свете человек, Известен скромными делами, Что не забудутся вовек. Колодка, старый молоточек. Он ловко так кромсал и шил - Стежок к стежку всех дней и ночек. И вроде - даже не грешил. Все результат, как Бога, ждали. Заказ готов! Всё блеск и шик! Быть может, вы его узнали? Да-да... Тот самый обувщик. К нему ходил и знатный барин, И всяк иной простолюдин. Туфлёй, ботиночком одарен И госпожа, и господин. Молва по городу ходила - Брал за работу лишь пятак, А то и меньше выходило, А то и вовсе просто так. Из ближних сёл, из дальней дали - Блистали все, как на балу. Рекомендацию давали, Как просо, сея похвалу. Зайдёт бывало в мастерскую Вельможа - с бантами корма. Всю обувь. Всю! - как подчистую! Всю скупит разом задарма. Какой фасон! Какая прелесть! Какой шарман! Мадам! Месье!.. Всей речью, не члено-разделясь - Парик снимает шевалье. Вот так и жил, в трудах стараясь, Наш мужичок мастеровой, Ни в чём особо не нуждаясь - Полумонах, полусвятой... Но как-то буднично-однажды Вдруг утром вздумалось ему, Как будто бы, томимый жаждой, Пройтись по граду своему. Покинул он свою каморку - Давно уж в свет не выходил. Нам стоит сделать оговорку, Что сам он обувь не носил. Вот дом, в котором покупатель Его прославленных штиблет - Тот самый праздный обыватель, Который знал его сто лет. Сияет благостью суббота, Но слышит он хозяйский лай: - Ступай отселя, ты, босота! - Ковры затопчешь невзначай. Насупившись, пошёл к другому - Где был достаток нажитой. Но окрик слышится из дому: - Не смей ты бо'сою ногой! Весь день он по дворам скитался. Вечор неспешно наступил. Везде на грубость нарывался, К закату не было уж сил. Куда придёт - все палкой били. Пошёл в кабак - чтоб до соплей. И там - помоями облили, Брезгливо вытолкнув взашей. Тут супостаты подскочили. Кто в зубы, ну а кто - под дых. Всю морду бритвой раскроили, Но всё ж, оставили в живых. Плетясь бедой, упав в канаву, В беспамятство он отошёл. Не чуял он тех псов ораву - Клыков, глодающих мосол. Очнулся от безумной боли. Дождь изливался прямо ввысь. И небо всполохи вспороли, А псы - за мясо раздрались. Елей в потьмах разлился лужей, Вдали мелькали огоньки. Досуг как водится, досужий - Стучат по залам каблуки. Почти у самой у дороги, Почти у всех, как на виду, Ему в ночи отгрызли ноги - В земном горячечном бреду. Гортанный хрип раздался вскоре. Раскаты грома раздались. Он ощутил себя в фаворе - Земля сквозь пальцы, словно слизь. В зубах судьбы, глазами скалясь, Во тьме, в грязи - он полз на свет. Змеёй гремучей извиваясь, За ним тянулся кровью след. В кармане пачка сигареток. Под ним - счастливой жизни гать. Он ухмыльнулся напоследок И стих, оставшись там лежать. Дух испуская - рад увечьем, Хоть оправданья не слышны... - Грешить ему теперя нечем, Ведь сапоги уж не нужны.